Влад Тупикин (tupikin) wrote,
Влад Тупикин
tupikin

ПРОРЫВ НЕИЗВЕСТНОСТИ

Пару дней назад написал текст к сегодняшней дискуссии о перспективах анархизма (спасибо организаторам за гостеприимство, хлопоты и перевод). Вот, появилась возможность вывесить его в сеть. С приветом!


ПРОРЫВ НЕИЗВЕСТНОСТИ
К дискуссии о перспективах анархизма

Тупикин

На днях один прибалтийский редактор отказал своему корреспонденту в идее сделать со мной онлайн-конференцию - на том основании, что я неизвестен широкой публике. Что ж, я действительно неизвестен.

Для начала я неизвестен тем, что родился в Москве в 1965 году, и рос сначала в её центре, а потом на окраине, куда мою семью сослали в рамках улучшения жилищных условий. В детстве меня не приняли в дворовую хоккейную команду и потому, почитав несколько лет разные книжки, я подобрал себе другую команду, за которую играю до сих пор - команду анархистов и анархисток. Правда, слово "подобрал" будет не совсем правильным - в середине 80-х такой команды ещё не было, поэтому пришлось её создать (конечно, не один я её создавал, а вместе с товарищами и товарищацами по историческому факультету). Сначала, в 1987-м, эта команда была довольно локальной, студенческой, и называлась "Община", потом шагнула на городскую и всероссийскую сцену (пардон, кажется, тогда она была ещё всесоюзной) и стала называться Конфедерация анархо-синдикалистов (КАС).

Москва, 28 мая 1988, анархисты на демонстрации
Москва, 28 мая 1988, анархисты на демонстрации

На дворе стоял 1989 год, московские антиправительственные митинги преодолели планку в сто тысяч участников, а наш анархистский журнал "Община" - в десять тысяч экземпляров. Мы особо не спорили, что происходит в стране - революция или перестройка, мы участвовали в общественных переменах даже не 16, а все 24 часа в сутки (потому что во сне нам в головы приходили прекрасные идеи, идеи получше среднего и, чего уж там, совершенно провальные идеи - тоже). Нам, конечно, было совершенно неизвестно, чем закончатся эти общественные перемены, хотя мы, безусловно, знали, чего мы хотим - анархии, мирового братства (сестринства) всех народов и всех отдельно взятых людей в безгосударственном единении и осмысленном добрососедстве. Звучит довольно абстрактно, не правда ли? Ну, это я для краткости, на самом деле, у КАС была программа практически на всё ближайшее будущее, начиная с 1989 года и до наступления анархического коммунизма.

Некоторые обстоятельства, впрочем, довольно предсказуемые, помешали построить на территории бывшего СССР и всего мира анархический коммунизм (он же - безгосударственный социализм), но анархисты и анархистки не унывают, ибо прекрасно осведомлены о том, что точно так же провалились социализм с человеческим лицом, социальное государство, постиндустриальный рай, социалистическая и либеральная демократия (а "суверенной демократии", как мы все знаем, не бывает, такие конструкты рождаются только в кабинетах типа кремлёвских и предназначены лишь для пропаганды, не для жизни). Не получилось, строго говоря, ни у кого, не только у нас. И потому мы продолжаем, почему бы и нет?

Мы пропагандировали анархию в своей анархистской прессе - в журналах "Община", "Частное лицо", "Вуглускр", "Наперекор", "Утопия", "Ножи и вилки", "Сибирский тракт", "Автоном", "Либертарная мысль", "Прямое действие", "Tryznas Kefiras" и "Намерение", мы пропагандировали её в анархистских газетах "Воля", "Новый свет", "Чёрное знамя", "Чёрная звезда", "Солнце", "Навiнки" и даже немножко в газете "Ситуация", мы пропагандировали её в однотомном сборнике подрывных материалов "Против течения" и в "Евробутылке", заполненной чем-то не факт, что жидким (уж точно не разжиженным!), мы пропагандировали её на телевидении, куда некоторых из нас начали пускать в конце 1980-х (но это недолго продолжалось) и в иркутской областной газете "Советская молодёжь", где работал анархист Игорь Подшивалов, в московской профсоюзной газете "Солидарность" и в молодёжном журнале "Пульс-Информ", в Шяуляе это делал Эвальдас Бальчунас, в Петрограде - Пётр Рауш, в Краснодаре - Дима Рябинин, в Омске - Вася Старостин, в Томске - Борис Былин, в Хабаровске - Виталий Блажевич, словом, везде, везде, в 62 городах СССР были основаны отделения КАС (иногда никак не связанные с московским, что, в принципе, хорошо, но часто никак не связанные и друг с другом, что уже гораздо хуже), считалось, что в организацию (всё больше сомневаюсь, что её можно было называть этим словом, как по мне, слишком уж напоминающим ужасное камбоджийское слово "ангка") входили более 1200 человек.

Когда перестройка, а вместе с нею и Советский Союз, накрылись медным тазом, наша анархия тоже скукожилась до размеров московских однокомнатных квартир, где проводились наши семинары, завязывались любови и делались газетки, сузилась до ширины тротуара на улице Горького (Тверской), где анархо-панки страшными русскими зимами выхватывали зубами куски пиццы у начинающих обуржуазиваться совков, сократилась почти что до длины маршрута ночного поезда СПб-Москва (но чаще, конечно, Москва-СПб, ибо питерские, как известно, в Москве обычно не бывали, но очень её не любят))), словом, нам пришлось неплохо поработать локтями, чтобы не помереть вовсе, как в физическом, так и в идейном смысле.

И, разумеется, нам было совершенно неизвестно, как двигать анархию дальше, но мы продолжали двигать её: я устроился на работу в "Новую ежедневную газету" и развернул знамя пропаганды на страницах её приложения "Латинский квартал"; "Хранители радуги", тем временем, двигали анархию на практике, в палаточных экологических лагерях протеста, при этом двигали её поначалу так хорошо, что мне и самому пришлось сперва поехать в их палаточный лагерь, потом стать их пресс-секретарём, а потом основать вместе с Алисой, Максом, Ольгой, другой Ольгой и Львом их московское отделение. Мы проводили антиатомные протесты и протесты против строительства дорог через заповедники, мы мешали вырубке парков и залезали с транспарантами на крыши министерств, мы перекрывали магистрали и играли в слонов возле зоопарка... Безумное и прекрасное время сквота на Остоженке, который мы делили с Пашей-американцем, недружелюбными хиппи и тихими, почти незаметными грузинскими работниками ножа и вилки, закончилось вполне безумно и далеко не прекрасно: кто-то из завсегдатаев сквота был убит, кто-то - сошёл с ума, кто-то поругался навсегда друг с другом. Анархия тут была, конечно, совершенно не при чём. Всё плохое вообще случается только от нехватки анархии, от недостачи любви, дружбы и благоволения в человеках, политическим и идейным воплощением каковых анархия, собственно, и является.

Где-то в России, 2009 год, анархисты на демонстрации
Где-то в России, 2009 год, анархисты на демонстрации

Нам было совершенно неизвестно, каким образом надо делать политику, которая не приводит к захвату и удержанию власти (то есть воистину анархическую политику), поэтому мы делали её самыми разными способами: пока Ельцин только рвался к власти в России, анархисты уже требовали его канонизации в качестве официального святого РПЦ и предлагали гражданам подписывать соответствующую петцию к патриарху Алексию Второму (граждане подписывали - 1 апреля 1990 года); когда к единоличной власти рвался Путин, мы требовали обеспечить рождение престолонаследника и проводили презентацию ЕПРФ, Единственной партии Российской Федерации (люди верили и тихо, в кулачок, возмущались - 1 апреля 2000 года). Впрочем, с приходом Путина всё вообще стало куда жёстче и серьёзнее. Если при начале первой чеченской войны (декабрь 1994-го) двухтысячный митинг протеста собрался на Пушкинской площади в Москве в первый же день, то при начале второй (лето-осень 1999-го) московская интеллигенция, образованщина и прочее разночинье скромно молчали, набрав в рот воды, пока Оля и Петя, два анархиста, эту воду не взбаламутили, пока они не сели в лужу напротив мэрии Москвы в день штурма Грозного в декабре 1999-го, сели в лужу в буквальном смысле слова, ибо анархистский митинг протеста был прекращён ОМОНом в течении полутора минут и они, последние, кто не поместился в ментовскую упаковку, только так могли выразить своё неподчинение, отчаяние, злость, протест: они сели на асфальт там, где стояли, а стояли они, окружённые ментами, прямо в луже. С этого неслабого поступка и начались все протесты против Второй чеченской, и анархические, и левацкие, и либеральные.

И, конечно, нам совершенно не было известно, как именно бороться с фашизмом, которого становилось всё больше и в государственной политике, и в действиях уличных банд бонхедов, поэтому ребята и девчонки анархических взглядов придумали свой собственный антифашизм: панки сбривали ирокезы, умники накачивали мускулы, словом, анархисты и анархистки снова начали драться и сопротивляться там, где всё вокруг требовало от них сдачи, слива и полного поражения. Совершенно не смешно, но нельзя не сказать: Тимур Качарава и Илья Бородаенко, погибшие от рук фашистов, были осознанными и действующими анархистами, убитые нацистами хардкорщик Александр Рюхин, скейтер Станислав Корепанов и панк Алексей Крылов были представителями близких к анархизму субкультур, истёкший кровью после десятков ножевых ранений антирасистский скинхед Фёдор Филатов водил знакомство с анархистами, убитый в упор из пистолета в затылок адвокат Станислав Маркелов дружил с анархистами и антифа чуть ли не с конца 1980-х и не раз защищал их в судах, анархистка и журналистка Анастасия Бабурова не просто писала о несправедливостях этого мира, не просто верстала антифашистские брошюры и анархистские журналы, она умела драться и потому пыталась задержать убийцу Стаса Маркелова как могла, голыми руками... И получила свою пулю в голову.

Москва, 1 февраля 2009 года, анархист выступает на митинге памяти Стаса Маркелова и Насти Бабуровой
Москва, 1 февраля 2009 года, анархист выступает на митинге памяти Стаса Маркелова и Насти Бабуровой

Кто бы мог знать, что делать дальше после всей этой череды лжи и насилия, сопровождающей современное развитие России? После нападений на критически настроенных к власти и капиталу общественных активистов и журналистов, после убийств, после закрытия газет, после срывов милицией культурных мероприятий, после многочисленных уголовных дел и осуждений по сфабрикованным обвинениям? Конечно, нам совершенно не известно, что будет дальше, но мы продолжаем трепыхаться, назло всем экспериментаторам.

Я лично, Влад Тупикин, разумеется, совершенно неизвестен, но сделать вид, что никому не известно анархическое движение, к которому я принадлежу уже больше двадцати лет, не удастся, если оставаться честным перед собой, перед историей и просто держать глаза и уши открытыми.

Есть ли у этого движения перспективы? Есть ли они у анархизма вообще, не только в российском, бывше-советском, обще-европейском, наконец, в мировом масштабе?

Сегодня российские анархисты вписываются почти во все социальные протесты, которые есть в стране: забастовки рабочих, акции студентов и преподавателей против выхолащивания образования, антиядерные и антихимические экологические кампании, попытки жильцов помешать так называемому уплотнительному строительству (когда во дворе трёх девятиэтажных домов вместо сквера и детской площадки строят ещё три дома, только 25-тиэтажных)... Вписываются не только потому, что они (мы!) взрастили в себе светлое чувство солидарности, но и потому, что сами являются (являемся!) - рабочими, студентами, преподавателями и, в конце концов, вдыхателями свежего воздуха и жильцами.

В подобном разнообразии притязаний, разнообразии фронтов борьбы, в выходе из субкультурного гетто, в котором закрывают себя наши товарищи и товарищицы в некоторых больших городах бывшего Советского Союза, и видится мне главная перспектива анархизма: обнимать собою всё, "жить полной жизнью, ярко..." (впрочем, тут, во избежание ненужной рифмы, я прерву цитату).

Был такой хороший лозунг: "Мы не можем сделать революцию. Мы можем только быть революцией".

О том, как не лишить себя (и заодно всё человечество) перспектив, о том, как быть революцией, о том, как строить анархический коммунизм уже сегодня, мы все вместе и поговорим в "Каблисе", в Вильнюсе, вечером 22 мая 2009 года, начиная с 19.00. Конечно, мы говорим об этом постоянно, везде и всюду, "Kablys" - просто ещё одна точка пересечения в пространстве и времени. И понятно, что нахождение перспектив анархизма - это не задача и не работа одного Влада Тупикина, никому не известного, это задача и работа (или, если хотите, игра, но игра всерьёз) всех нас, нашего прославленного движения. На нас смотрит весь мир. От нас зависит весь мир, его будущее. От нас зависит наша собственная жизнь - в рабстве или в свободе.

Это, думаю, всем нам хорошо известно.

Влад Тупикин
Вильнюс, район Зверинец, 20 мая 2009 года


КОРОТКО ОБ АВТОРЕ

Влад Тупикин родился в 1965 году в Москве в разнопролетарской семье рабочего-гравёра и лаборантки института нефтяной промышленности, получил среднее, а затем высшее историческое образование, с некоторых пор - анархист, журналист и немножко преподаватель и делатель общественного движения с середины 1980-х годов, участвовал в коллективах анархических изданий "Община", "Воля", "Вуглускр", "Хранители радуги", "Анархия", "Утопия", "Асфальт", "Евробутылка" и других, в коллективе Русскоязычной Индимедии (http://ru.indymedia.org - с 2001 года по настоящее время), делегат многочисленных анархических, экологических и правозащитных съездов и конференций, Европейских социальных форумов, социальных форумов России, стран бывшего СССР и Финляндии, печатался в "Новой (ежедневной) газете", "Неделе", на сайтах http://polit.ru, http://rockmusic.ru, http://lenta.ru, http://dvizh.org и других, сборники его текстов выходили в издательстве "Беспокойство" ("Радио Анархия", Москва, 2004) и в Издательстве профсоюза литераторов ("Зачем борьба" (она же - "Инструкция к мясорубке"), Воронеж, 2007), с 2006 года преподаёт новую и новейшую историю, историю контркультуры и историю освободительных общественных движений московским подросткам и активистам анархического и молодёжного правозащитного движения в разных городах бывшего СССР. Постоянно строит какие-то планы. Влюблён во всех девушек этого мира, но уже больше десяти лет живёт с одной из них по имени Утка, очень многим ей обязан и очень рад этому обстоятельству. Детей, можно сказать, почти нет. Чаще всего зависает в Москве, но любит поездить: зовите, приглашайте, Тупикин обязательно упадёт вам на уши, а если срастётся, то и западёт глубоко в душу или, как знать, в самое сердце. Салют и Анархия!



Перевод на литовский здесь: http://www.anarchija.lt/index.php/teorija/11098-vlad-tupikin-nezinomybes-proverzis.html
Tags: анархизм, анархисты, история, контркультура, общественное движение, общественные тенденции, экология
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 28 comments