Влад Тупикин (tupikin) wrote,
Влад Тупикин
tupikin

ЗАПИСКА О РУССКОЯЗЫЧНОМ САМИЗДАТЕ 1990-Х И ДВУХТЫСЯЧНЫХ

Вышел в свет на бумаге и появился в сети 67-й номер журнала "Неприкосновенный запас", в котором много раз упоминаются слова "анархия", "анархизм", "социализм", "сквоты", "самиздат" и т.п. (кликабельное содержание журнала вывешено здесь: http://www.nlobooks.ru/rus/nz-online/426/) - спасибо maximitch за наводку.

Среди прочих, в разделе "Культурное производство: по ту сторону рынка, по ту сторону государства" (обязательно прочитайте введение к этому разделу, озаглавленное "Экономика и политика критического суждения" и написанное Александром Бикбовым - http://www.nlobooks.ru/rus/nz-online/619/1542/1555/) опубликована и моя статья "Записка о русскоязычном самиздате 1990-х и 2000-х" (http://www.nlobooks.ru/rus/nz-online/619/1542/1558/).

Хочу сказать большое спасибо всем тем, кто отвечал на мои вопросы, заданные при подготовке этой статьи. Не все ваши ответы были процитированы, но все помогли написать текст, каждый открывал мне что-то новое в этой, казалось бы, изъезженной мною вдоль и поперёк теме (скажем, моя статья 2001 года в журнале "Индекс. Досье на цензуру" "Самиздат после перестройки" - см.: http://index.org.ru/journal/13/tupikin1301.html была далеко не первой и не последней моей статьёй на эту тему, но, возможно, наиболее расшаренной).

Для верной оценки контекста и содержания нынешней публикации в "НЗ" важно понимать две вещи.

Первая: мне была заказана статья именно об экономике современного самиздата, а всё остальное, что в ней есть, я протащил контрабандой ))

Вторая: редакция подвергла мою статью некоторым сокращениям, что, в общем, не зазорно, но также и стилистической правке, на мой взгляд, убивающей весь дух и строй текста. Ладно, что используемое мною энергичное прилагательное "самиздатский" заменено на застревающее то ли в зубах, то ли ещё на языке прилагательное "самиздатовский", ладно что фразочка "из одного человека и человечицы" подвергнута усекновению ровно на месте обозначения гендерной неоднозначности, но сравните, к примеру, моё словосочетание "шаги от самоосознания до самовозделывания" со словосочетанием, опубликованным после редактуры в "НЗ": "шаги от самоосознания до самовоспитания и просвещения"... И таких примеров по тексту - масса.

Вот потому отчасти и существует самиздат - что существует вот такая редактура в "статусных" журналах.

Ниже публикую авторский вариант текста с первичной редакторской правкой, согласованной мною. Именно за него я отвечаю, а не за то, что можно прочитать в бумажном "НЗ" или здесь: http://www.nlobooks.ru/rus/nz-online/619/1542/1558/

Итак:

Записка о русскоязычном самиздате 1990-х и 2000-х

Летом 2009-го в московской "Сахарнице" (так общественно прошаренная молодёжь столицы называет Музей и Общественный центр имени А.Д.Сахарова) открылась выставка самиздата. Организаторы снова имели в виду то, что давно прошло - диссидентов и их героические свершения. На выставку меня никто не позвал, хотя имею в "Сахарнице" кучу знакомых. Ну, не позвал и ладно, почти всё, что нужно, теперь можно узнать из интернета, что-то такое про выставку узнал и я. Не очень заинтересовало: ну, например, потому, что классический том Людмилы Алексеевой "История инакомыслия в СССР" есть у меня дома аж в трёх разных изданиях и с его содержанием я неплохо знаком, выставка же к этому знанию почти ничего не добавляла.

Куда интереснее показался киноклуб, который в "Сахарнице" ведут две знакомые активистки. К ним на собрание я и пошёл несколькими днями позднее. Встретил по дороге Сергея Лукашевского, директора "Сахарницы". Обсудили с ним выставку и вообще само явление. Сергей Лукашевский совершенно всерьёз уверен, что самиздат закончился ещё в позднесоветскую эпоху, где-то незадолго до принятия Закона о печати летом 1990 года. Дескать, самиздат - это то и только то, что нельзя напечатать официально, а потому сейчас, да и вообще, уже давно, больше двадцати лет, никакого самиздата, считай, что нет. "А как же все эти..." - я похлопал рукой по сумке, где лежали несколько напечатанных на ризографе журналов форматом А-5 (обычный лист для принтера пополам). "Не, ну эти..."

Мнение, что самиздат давно умер, очень распространено. Но меня удивило скорее, что в данном случае его высказал человек достаточно молодой, заставший СССР разве что ребёнком и подростком. А ведь именно его ровесники и те, кто немного помладше, являются главными действующими лицами постсоветской самиздатской сцены, заново рождённой во второй половине 90-х или в начале 2000-х. Я имею в виду самиздат как сколь-либо массовое явление - десятки и даже сотни наименований продолжающихся изданий; если же говорить о единичных случаях, то, конечно, имел место самиздат даже и в 1992-95-м, в самые выматывающие и почти беспротестные годы капиталистической реакции.

Я сам в этом смысле скорее исключение, поскольку занимаюсь самиздатом больше двадцати лет, примерно с 1987 года [1], слава богу, без всякой героики и серьёзных репрессий. Всего то и было, что одно приглашение "на беседу" в КГБ в 1987-м, один обыск в 1999-м (правда, архив изъяли и не вернули, но это же вроде ерунда по сравнению с казённым домом, верно?) и один допрос в тюрьме ФСБ в Лефортове; упоминать в этом ряду банальные задержания и попадания в милицию за торговлю самиздатом на улице или участие в акциях протеста, которые я намеревался впоследствии живописать, и вообще как-то смешно почти что. И вот тут вдруг выясняется, что того, чем я занимаюсь, нет.

OK, значит о том, чего нет. Поехали.

В 2009 году в мире, переполненном мобильными устройствами, переносными компьютерами (я начинаю эту статью в самолёте, клацая пальцами по клавиатуре, конкурируя с рёвом двигателей, продолжу в кафе, заглушая непрерывный коммуникативный стрёкот тридцатилетних панков, а потом загружусь в поезд, в относительную тишину и спокойствие), интернет-зависимостями, виртуальными рейтингами, блогошмундексами и прочими приветами из виртуального ино(не)бытия, всё ещё существуют архаичные бумажные носители, отпечатанные кое-как на ксероксе, принтере или ризографе (совсем редко используют офсет, хотя бывает и такое), информация на которых скорее соответствует критериям старой журналистики и одновременно какого-то подобия девичьих дневников (но не блогов!), хотя производят её отнюдь не только девушки, а внешний вид совершенно разнообразен: от пародии на цветные глянцевые тинейджерские журналы (не всегда производители сознают пародийность получаемого результата) до строгих чётких страничек, рождающих воспоминания о давно пожелтевших книжках "Академии" первой половины 1930-х годов. Все эти носители тяготееют скорее к периодике [2] и воспринимают себя как таковые, внутри так или иначе присутствует если не рубрикация, то все основные журналистские жанры. Да и самоназвание этого явления, упорно именуемого мною самиздатом, зинмэйкинг — калька с американского и отсылает к периодической печати [3].

Придумывают концепции сами - или рождают их уже по ходу производства издания. Пишут сами или с помощью подруг и друзей. Рисуют и оформляют сами. Сами собирают фотографии в сети, в больших бумажных медиа или в западных зинах. Сами носят на печать и втолковывают печатникам разные нестандартные странности, используемые в качестве оформительских кунштюков в их и без того не слишком стандартных изданиях. Сами же потом эти кунштюки отдельно печатают после отказа печатников. Вывозят тираж на горбах тоже сами. Сами распространяют - на концертах, на митингах, выставках и съездах, да и просто везде, где появляются, в другие города отправляют по почте или с оказией, не обращаются к большим торговым посредникам, как максимум — в магазины типа "Фаланстера" и "Гилеи" [4], и в специальные дистро [5], занимающиеся распространением D.I.Y.-стаффа [6]. Ну, чем не самиздат?

В данном случае, гоняясь за хвостом самого важного критерия, отделяющего явление от других подобных или мнимо подобных, я не то что совершенно не рассматриваю фактор запрета (хотя с этим в странах типа России и Белоруссии тоже всё чаще приходится встречаться, когда издателям говорят, например, в типографии или просто на коммерческом ксероксе или ризографе: "Нет, мы такое не печатаем, вы тут плохо пишете про [биип-биип-биип], это, наверное, экстремизм" или "Ой, да это же у вас экстремизм!" - удивлённо-заинтересованно и тут же по-деловому: "Значит так, двойная цена и самовывоз всего тиража до конца рабочего дня! По бумагам проводим как конфетные упаковки"), я просто полагаю этот фактор не определяющим и даже не вполне существенным. Меня больше занимает интенция к самостоятельности, первичный творческий и политический импульс сделать всё самим, и реализация такого импульса. Потому и самиздат.

Результаты небольшого опроса среди издателей незарегистрированных газет и журналов, который я провёл при подготовке этой статьи, наиболее однозначны именно в вопросе самоопределения: и 31-летний музыкант и переводчик из Питера, и 33-летний дизайнер и фотограф из Москвы, и 27-летняя безработная журналистка из Киева, и 25-летний разнорабочий откуда-то из России, и все остальные, кто помоложе и постарше - все считают свои издания самиздатом, а себя - самиздатчиками.

Я попросил отвечающих дать свои определения самиздата. Большинство из них были краткими: "независимая издательская деятельность"; "издание незарегистрированной периодики или разовых публикаций"; "издание, выпущенное без официального на то согласия государства". Но были высказывания и подлинней:

"Самиздат - это способ самовыражения, способ поделиться своими мыслями с заинтересованными людьми, способ коммуникации внутри небольшого сообщества людей. Можно придумать полно определений - но я не вижу в этом смысла. Я считаю что имею отношение к диайваю - неважно в каких проявлениях".

"Самиздат - это любая продукция, созданная человеком или группой лиц своими силами, то есть без использования организаций, оказывающих подобные услуги профессионально. То есть, если всё сделано по собственному желанию, своими силами, а к помощи профессионалов прибегли только на этапе тиражирования готовой продукции, то это самиздат".

"Самиздат - выпуск опредёленного печатного источника информации каким-то лицом или группой лиц самостоятельно, без спонсоров и посредников, то есть учредитель, редактор и автор, а иногда и техотдел совмещаются в одном лице".

Скажу больше, в этом самом одном лице или в небольшом коллективе лиц - редко какой коллективный самиздатский проект последних десяти-пятнадцати лет собирал более двух-трёх человек в свою "редколлегию" - совмещены ещё и организаторы и непосредственные участники и участницы некой деятельности - культурной или политической, или и той, и другой вместе.

В нынешнем самиздате часто или даже почти всегда одни и те же люди - это не только авторы текстов, оформления и фотографий, издатели и распространители, но и - герои публикаций. Не в смысле самолюбования, конечно, а в смысле, что они сами являются субъектами активности в определённой общественной сфере, активности, замалчиваемой или перевираемой "большими медиа" и потому они сами описывают свои действия, свою активность.

Любопытно также, что эти самые "большие медиа" настолько неприемлемы в кругу создателей и читателей современного самиздата, что более половины опрошенных мною заявили о том, что давно не читают официальных газет и журналов, не смотрят ТВ и не заглядывают на соответствующие сайты. При этом, считая свою деятельность самиздатской, а себя - самиздатчиками, те же самые люди совершенно не готовы считать себя журналистами, большинство из них, как они полагают, отказались бы, если бы получили предложения пойти работать в "солидное" бумажное издание, известное всей стране, или на ТВ. И это, похоже, не бравада: некоторые нынешние самиздатчики имеют профессиональное журналистское образование, но либо никогда не работали по специальности, либо давно перестали это делать, либо писанина в официальные медиа составляет весьма небольшую часть их жизни и приносит лишь малую толику дохода. Исключения - есть, но они лишь подтверждают правило.

Заканчивая с историей явления, надо сказать, что у большинства современных самиздатских газет и журналов нет "родовой травмы" полной безгласности, почти никто из издателей не испытал на себе в сколь либо сознательном возрасте всю полноту советских ограничений на свободу информации. Соответственно, не считают себя нынешние самиздатчики и продолжателями каких-либо (анти)советских традиций: ни диссидентских, ни рок-музыкальных, ни перестроечных неформально-политизированных.

Я предложил опрошенным такие варианты ответов на вопрос "Чувствуешь ли ты, что продолжаешь какую-то большую традицию? Если да, то какую?":

-традицию первопечатников - со времён Иоганна Гутенберга, Франциска Скорины и Ивана Фёдорова
-традицию вольной русской типографии, основанной Герценом в Лондоне в середине XIX века
-традицию подпольной революционной и анархистской печати рубежа XIX и XX веков
-традицию советского диссидентского самиздата 1960-80-х годов
-традицию западной контркультурной прессы 1960-х годов, типа той "маленькой андерграундной газетки", в которой печатался Чарльз Буковски и чью "жизнь и смерть" он описал в соответствующем рассказе
-традицию сделай-сам-журналистики, связанную с международной культурой DIY вообще и DIY-панка в частности, традицию сотен и тысяч мало кому известных журнальчиков, которые издаются по всему миру уже больше 30 лет
-традицию таких известных многотиражных западных самиздатских журналов, как "Maximumrocknroll", "Profane Existance", "Heart Attack", "Anarchy: A Journal Of Desire Armed", "Fifth Estate" и т.п.
-традицию отечественного рок-самиздата 1980-х годов ("Зеркало", "Ухо", "РИО", "Ур Лайт", "ДВР", "Штучка" и т.п.)
-традицию первых анархистских изданий конца 1980-х годов, типа журналов "Община", "Свеча", "Февраль", газет "Воля", "Набат", "Новый свет"
-традицию журналов "Беzумец", "Play Hooky", "Ножи и Вилки", то есть постсоветскую DIY-традицию 1990-х годов.

Диссидентов признал своими предшественниками только один из опрошенных полутора дюжин издателей. Любопытно, что он же полагает себя наследником традиции подпольной революционной и анархистской печати рубежа XIX и XX веков и анархистского самиздата 1980-х. Ещё интереснее, что он едва ли не самый молодой из опрошенных - ему 20 лет, так что Советский Союз он может знать только по рассказам, да по книжкам. Собственно, из книжек он про самиздат и узнал, буквально - из школьного учебника истории; как узнал, так и решил, что надо чем-то таким заняться - и занялся, поступив в институт и создав независимый студенческий профсоюз, газету которого сейчас выпускает, как до того полтора года выпускал независимый молодёжный контркультурный журнал.

В основном люди готовы идентифицировать себя с западными традициями - с традициями перечисленных "паровозов" панковского самиздата типа "Maximumrocknroll" и "Profane Existence"[7] и той среды малотиражных, нерегулярных и малообъёмных зинов, из которой они выросли. Одна девушка сослалась на традицию западной контркультуры 1960-х. С Герценом и первопечатниками не проидентифицировал себя никто.

Бóльшая часть современного самиздата крутится вокруг молодёжной музыки и молодёжной политической активности. Это значит: панк, хардкор, хип-хоп, анархизм, радикальное экологическое движение, зоозащита, реже - студенческие социальные, образовательные и политические инициативы, ещё реже - коммунизм левее Зюганова и вообще левее любого коммунистического официоза.

Почти во всех музыкальных изданиях есть хотя бы немного политики. Этому способствует излюбленный жанр "колонок" - небольших эссе, которые пишут и постоянные авторы, и разовые читатели журнала [8]. Это калька с американских и европейских образцов: вся отечественная панк-культура до сих пор активно подпитывается мировым опытом. А в западной DIY-панк-хардкор среде принято интересоваться социальными проблемами, правами животных и т.д. На права людей можно при этом если и не забивать, то откровенно рассматривать их вторым или третьим планом, либо, словесно признавая важность их соблюдения, действия предпринимать только в связи с животными. Кроме того, собственный жизненный опыт в путинской России, лукашенковской Белоруссии, лужковской Москве, матвиенковском Питере, ресинском Нижнем - способствует пробуждению в некоторых постсоветских DIY-панках политической сознательности. И они, конечно, тут же начинают говорить о политике - в песнях, в музыке разбитых витрин, в колонках для анархо-панковской периодики, ну и, конечно, на кухнях, за приготовлением и поеданием вегетарианской еды.

В этой среде выпуск самиздатских журналов почти столь же нормален и часто распространён, как и участие в какой-то панк-группе, а не согласованные с властями демонстрации по тематике антифашистской или антиментовской или легальные пикеты на животноохранную тематику являются почти столь же обычным делом, что и концерты. Разумеется, тиражи журналов обычно небольшие: 100-200 экземпляров, если речь идёт об областном центре или втором-третьем по размеру городе области и 300-500, если говорить о Москве, Питере и Киеве. Печатаются они отчасти партизанскими методами - на офисных принтерах и ксероксах пока начальник отвернулся, либо на личные сбережения издателей. Распространяются в своём городе прежде всего на концертах и из рук в руки при встречах с представителями того же культурного и политического "гетто", но также высылаются по почте, передаются с оказиями или с гастролирующими группами в другие города. С некоторыми оговорками можно сказать о более или менее едином "рынке" панковского музыкального и музыкально-политического самиздата на европейской территории России, в Белоруссии и Украине. Слово "рынок" я намеренно беру в кавычки, потому что при распространении этих изданий часто используется обмен (на другие издания, на музыкальные кассеты, диски, винил, на нашивки и т.п.), а также дарение. Большинство издателей при этом считают, что их затраты на производство окупают себя; при этом то же большинство не ведёт подробной бухгалтерии, вкладывая деньги, полученные от продажи журналов, в производство дисков - и наоборот.

Есть в этой среде и издания-долгожители, существующие по пять-шесть, иногда более десяти лет, есть издания, выходящие лишь раз или два [9]. Есть отклонения от тиражной нормы - маленькие "личные зины", выходящие в свет в 20-30-50 экземплярах, либо, наоборот, попытки наладить серьёзное регулярное производство, с офсетной печатью и тиражами больше 1000 экземпляров.

Издания преимущественно политические - ещё один распространённый отряд самиздатского высказывания мальчиков и девочек с флажками и баллончиками для рисования граффити. С панковскими изданиями их часто роднит то, что и для "музыкантов", и для "политиков" собственно издательская деятельность часто является лишь чем-то вспомогательным, то есть скорее инструментом, нежели основным содержанием работы - ты устраиваешь концерты или устраиваешь демонстрации, ты играешь определённую музыку или пропагандируешь определённые идеи и принципы - и тебе надо использовать все рычаги, в том числе собственную бумажную прессу. Но большой фестиваль или большая демонстрация и для тех, и для других - важнее и содержательнее самого умного и красивого журнала или газеты, который может произвести их среда.

У "политиков" так же как и у "музыкантов" распространено дарение и обмен, тут тоже чаще если продают, то по себестоимости или чуть выше себестоимости. Этого, конечно, не хватает для расширенного воспроизводства, но большинство издателей и не стремятся к расширению, прекрасно зная свою планку и по тиражу, и по объёму, и по периодичности, и, конечно, по качеству написанного, снятого и нарисованного.

И те, и другие используют также и интернет. У многих (хотя не у всех) бумажных изданий есть свои сайты, куда выкладываются для скачивания макеты выпущенных номеров. Так, один из издателей признался, что делает сам не более 20-40 бумажных копий, в то время как каждый номер его журнала скачивают в сети около 600 человек. Но в целом "установочные" тиражи обычно больше у "политиков", чем у "музыкантов". Один известный анархистский журнал выходит тиражом 2000 экземпляров, одна новая студенческая газетка - тиражом 3000.

И "политиков", и "музыкантов" я беру в кавычки, потому что и те, и другие - не обычные конвенциональные политики и музыканты. Они сознательно стоят в стороне от самой возможности попасть в парламент или на телевидение - и то, и другое они считают обычно большим обманом, в котором не желают принимать участия. Мотивы протеста, мотивы говорения правды наперекор общепринятым установкам - весьма важны и в среде "политической", и в среде "музыкальной" альтернативы - и именно в силу этого вполне допустимо перекинуть мостик преемственности и от диссидентов 1970-х, и от отечественного рок-самиздата 1980-х, и от изданий времён Перестройки в СССР, хотя сами нынешние самиздатчики в массе своей не видят этой связи [10].

При этом, разумеется, и у тех, и у других присутствует элемент удовольствия: "Я считаю, что бумага гораздо более приятный носитель, который можно хранить, читать в любом удобном для тебя месте, потому что это своя эстетика и культура. Для меня важно не только читать - но и осязать, разглядывать картинки и изготовлять все своими руками. И еще мне очень нравится меняться", - так описал свои побудительные мотивы один из наиболее успешных сам-издателей последнего десятилетия. И здесь, безусловно, есть элементы наследования самиздату и альтернативной прессе западной контркультуры 1960-70-х, и панковской DIY-традиции, непрерывно тянущейся в западных странах с конца 1970-х - начала 1980-х и воспринятой, а главное - подхваченной у нас в середине 1990-х годов.

Разумеется, моё описание здесь достаточно формально и почти не касается содержательной стороны. Углубление в содержание текстов открыло бы нам как бездны таланта и даже гениальности, так и бездны пошлости и тупого дуплицирования. Прекрасно осознают это и в среде нынешних самиздатчиков. Отвечая мне, один из издателей (21 год, Белоруссия) подчеркнул: "Самиздат - не панацея от некачественных результатов, это всего лишь способ быть более свободным от материальных ограничений - не гнаться за деньгами спонсоров, тиражом (т.е. деньгами читателей), а значит не печатать "модных тем". Хотя относительно последнего стоит сделать оговорку, что множество однотипных зинов пишут на одни и те же, модные в данный момент в тусовке темы, то есть механизм внушения идей в самиздате тот же, что и в "большой прессе", только масштаб и возможности меньше". Поправлю товарища: может использоваться тот же механизм, но лучшими представителями жанра - не используется.

Впрочем, шаги от самоосознания до самовозделывания совершаются сообществом ещё не очень уверенно. В некоторых городах уже есть библиотеки самиздата, уже есть в сети интернет сайты, собирающие электронные версии макетов изданий [11], но попытки проводить "съезды" или фестивали самиздатчиков не всегда оканчиваются успехом. За последние два года таких фестивалей на постсоветском пространстве было три: один в Минске и два в Вильнюсе, организаторша последнего вильнюсского, известная белорусская самиздатчица нового поколения - крайне фрустрирована.

Есть и разные оценки динамики среды. Так, приступив к ответам на мои вопросы, один из ветеранов современного самиздата (возраст - 31 год, из них - 12 лет "в холдинге") прокряхтел для начала: "Что-то за последние несколько месяцев у меня уже несколько раз берут интервью по поводу самиздатчества. Стоило движу пойти на убыль, так вот сразу - академический интерес..."

Тем не менее, новые издания создаются, явление распространяется на новые города и даже деревни, некоторые издатели дополняют ассортимент периодики брошюрами и книгами, пусть их пока и немного. В общем, есть все основания полагать, что пока люди вообще пишут, печатают и читают по бумаге, будет жив и бумажный самиздат.

А ещё потому будет, что важна сама возможность нонконформистского высказывания. И потому, - хотя это и печальная особенность, - что рассчитывать на свободу слова в "больших медиа" на постсоветском пространстве приходится всё меньше, и тенденция эта не меняется уже более десятилетия. Как сказал всё тот же покряхтывающий ветеран: "В середине 90-ых у меня был выход для ПТИ в официальной журналистике, но вскоре ширина канала сузилась". "ПТИ" - это "первичный творческий импульс", одна из излюбленных категорий в теоретическом наследии Движения "За анонимное и бесплатное искусство".

Ещё и поэтому самиздат вечен - благодаря творческим порывам. Хотя и на их природу есть разные взгляды. Говорит безработная журналистка из Киева, 27-ми лет, весной 2009-го сделавшая свой первый маленький самиздатский журнал: "Самиздат отличается от ди ай вай тем, что в отличие от второго самиздат - это априори информация, а ди ай вай - из разряда "сделай сам". В современном контексте самиздат, вероятно, входит в понятие "ди ай вай" как составляющее, однако, как по мне, корни самиздата - в протесте, а ди ай вай - в арте".

Прерву нанизывание цитат на полуслове. Как и саму статью. Эскиз намечен: есть от чего двигаться дальше.

Влад Тупикин
июль-сентябрь 2009 года, Минск-Москва-Вильнюс-Берлин


примечания:

1. Не уверен в датировке потому, что были и более ранние опыты, 1982-83 и 1976-77 годов, но я не склонен воспринимать их очень уж всерьёз, это была скорее детская и юношеская пристрелка к будущей профессии.

2. Даже если выпускается единственный номер - это именно номер периодического издания, а не просто брошюра или книжка.

3. Просторечное "zine", сокр. от "magazine". Отдельные продукты зинмэйкинга по-русски тоже именуются зинами.

4. Ну, собственно, именно что "Фаланстер" и "Гилея": ими список более традиционных торговых точек почти исчерпан, во всяком случае в Москве.

5. Дистрибуционные "фирмы", состоящие часто из одного человека или человечицы.

6. D.I.Y. - Do It Yourself, Сделай сам.

7. Издания эти выходят многотысячными тиражами на протяжении уже десятков лет, причём "Maximumrocknroll" - практически ежемесячно при объёме около 200 страниц А-4.

8. Как и в любом академическом журнале, автором вполне можно стать по почте, не будучи знакомым с издателями лично.

9. Но, как говорила ещё в 1990 году собирательница самиздата в Государственной публичной исторической библиотеке РСФСР Елена Струкова: "Пока живы издатели, всегда есть "опасность" возобновления однажды заброшенного издания".

10. Возможно, потому, что вообще не очень увлечены историей, а пребывают в перманентном "здесь и сейчас" - так же как не очень заняты будущим - не столько из-за панковского "no future", сколько из-за политики культурного и государственного мэйнстрима, не оставляющей места в будущем для широких слоёв населения страны, либо пытающегося этого места не оставлять.

11. Что может представлять проблемы, так как некоторые издания производятся старым, как первые панковские ирокезы и первые дешёвые ксерокопии методом "вырезал-наклеил".

Tags: анархизм, история, контркультура, культура, линки на статьи влада тупикина, медиа-сфера, самиздат, свобода слова
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 18 comments